Вечный выбор

Тот, кому кажется, будто Платон и Демокрит – мыслители устаревшие, может поразмыслить вот на какую современную тему. Представим себе депутата, который занят законотворчеством в Государственной Думе. Как именно он создает законы? По Платону или по Демокриту? Если он следует Платону - сам, конечно, не подозревая об этом – то он перво-наперво изобретает себе идеал-эйдос- образец того, о чем пишет закон. Он допускает, что где-то в наднебесье существует эйдос предприятия (семьи, общественной организации и т.п.) А здесь, у нас, на Земле существуют только несовершенные предприятия ( семьи, общественные организации и т.п.) Ах, как все это далеко от идеала! Как несовершенно! Нынешние предприятия (семьи, общественные организации и т.п.) никуда не годятся. Мы как бы сидим в пещере и видим перед собой на стене только искаженные тени настоящих предприятий (семей, общественных организаций и т.п.). Там, за пределами пещеры - в Америке, к примеру – все это близко к идеалу. А мы засели в своем подвале. Пора! Пора выходить из пещеры! Надо написать прекрасные законы об идеальном предприятии (семье, общественной организации и т.п.) - и внедрять их в жизнь, несмотря на сопротивление темноты, отсталости и косности. Придется, конечно, завести побольше стражей в казармах ( да и самих этих стражей взять в ежовые рукавицы; регулярно смотреть, сколько у них там запасов в кладовках). Эти стражи, небось, обеспечат всеобщий переход к идеалам из заоблачных высей. Они заставят исполнять законы про идеальное предприятие ( семью, общественную организацию и т.п.) А кто не становится идеальным, того согнут в бараний рог. Пусть погибнет мир, но юстиция восторжествует. Черт с ней, с экономикой, зато инструкции и планы будут исполняться неукоснительно. Совсем иначе будет писать законы депутат, следующий философии Демокрита. Он станет исходить из того, что предприятия (семьи, общественные организации и т.п.) сложились сами по себе, без оглядки на какие-то идеалы. По принципу: « Я его слепила из того, что было». Все это создали исключительно по своему разумению и возможностям добровольно собравшиеся люди. Они сошлись, повинуясь какой-то не вполне понятной им самим необходимости, и зацепились друг за друга своими «петельками» и «крючочками». Может быть, они и не находили своего директора, главного бухгалтера, начальника транспортного цеха и прочих производственных персонажей идеальными. Но они сами подбирали друг друга и сами устраивали свои отношения - в соответствии с тем, какие «атомы» коллектива они собой представляли. И в законе осталось только закрепить то, что сложилось само собой. А еще лучше - не стараться «прописывать» все до деталей, оставив широкую свободу творчества и самодеятельности. Ведь то, что не запрещено законом, разрешено. Этот демокритовский принцип сегодня, пожалуй, предан забвению - как тяжкое наследие «безумных 90-х.