Записки фотографа-ницшеанца - 5

…Как говаривал один из персонажей у Сартра: « В аду не требуется серы - достаточно просто присутствия других людей!» Человека с такими взглядами, согласитесь, в шахту пускать нельзя. Его там быстро закопают в каком-нибудь отдаленном штреке. Философские и филологические факультеты университетов для того и существуют, чтобы своевременно отделять таких поклонников Достоевского от трудоспособной массы и не допускать их к извлечению энергии из недр Земли на поверхность. Но это, конечно, не означает, что там, в глубинах Земли, никто не верит ни во что возвышенное. В Екатеринбурге, к примеру, горняки долго таились, таились, прикидывались марксистами, а потом вдруг взяли - да и возвели прямо над своим «горным университетом» купол христианской церкви. И объявили, что покровитель всех горняков - святой Николай. Теперь наверняка развернется борьба с язычеством - бажовством. Был на Урале такой Бажов, собирал всякие народные сказы про горных духов - Огневушку-Поскакушку, Полоза да Медной Горы Хозяйку. Придется теперь всю эту языческую чушь из горняцких голов искоренять… Эх, погибло горное дело на Урале. Вытеснит его богословие - да и слава Господу, скажут экологи. Не гоже человеку преждевременно самому в недра стремиться. Придет время - и определится, кому - ввысь, а кому - во глубины несказанные и пекельные. Европа уже вся уставлена ветряками-пропеллерами. И теологами легче - не приходится искать бога в безднах; энергия ветряков - от духа-дуновения, а не из мрака преисподней… А в Германии теплая ранняя осень - начало октября. Каштаны лежат среди зеленой колючей слякоти. Никто их не жарит и не продает. И вообще - все немецкие проблемы кажутся несколько надуманными, поскольку для нас нетипичными. Только что по телевизору сообщили, что журавли, хоронясь в ботве, тырят и обгрызают кукурузные початки. Фермеры жаловались на них со слезами на глазах. Початки обгрызенные показывали крупным планом. Двух журавлей с бегающими глазами. Что-то не верится, что не застраховали они початки эти. Здесь всякие бедствия два раза хлебороба врасплох не застают. Едины они со своей природой. Впрочем, каждое поколение успевает ее, природу, хорошенько переделать на свой лад.